405 просмотров

Трансплантолог Сергей Мещерин: «Пересадка органов в России – это не криминал, а спасение тысяч жизней»

В республике органного донорства пока не существует.

Головное учреждение по трансплантологии в России – Федеральный научный центр трансплантологии и искусственных органов имени академика В.И. Шумакова и нашереспубликанское ГБУ «Республиканская больница №2 – Центр экстренной медицины» проводит мероприятие, которое, может быть, в будущем медицинская общественность Якутии назовет историческим, а пациентское сообщество больных различными заболеваниями внутренних органов – спасительным. Это мероприятие называется «Выездная школа по донорству и клинической трансплантологии».

Не все знают, что в республике не существует пока органного донорства, то есть пересадки трупных органов. До последнего времени наше здравоохранение гордилось только одним достижением – пересадкой родственной почки. Но время показывает, что этого недостаточно. Больных, нуждающихся в операциях по трансплантации, и не только почки, все больше и больше. И если раньше пациенты жили в неведении, то сейчас благодаря широкой информированности знают о том, что они могут быть спасены пересадкой донорского органа.

Поэтому актуальность мероприятия трудно переоценить. Наш гость Сергей Мещерин, заведующий отделом координации органного донорства Федерального научного центра трансплантологии и искусственных органов имени академика В.И. Шумакова любезно согласился ответить на наши вопросы о мероприятии и вообще о развитии трансплантологии в России и, конечно, Якутии.

— Сергей Сергеевич, насколько хорошо развита в России трансплантология?
— К сожалению, не так хорошо, как хотелось бы. В нашей стране есть 44 федеральных и региональных центра трансплантологии, то есть медицинских учреждений, которые имеют права делать операции по пересадке органов. И то большинство этих центров специализируются на почках, а ведь очень много людей, которые нуждаются в трансплантации печени, легких, сердца.
Для сравнения в странах Евросоюза таких центров больше ста, а в США – больше 200…

— Наверное, с этим связан длительный период ожидания донорского органа. И многие просто гибнут, не дождавшись операции?
— Орган органу – рознь. В среднем в нашем центре, хотя он и головной, период ожидания трансплантации трупной почки составляет четыре года. Но больной почечной недостаточностью может позволить себе ждать столько времени, его жизнь поддерживает гемодиализ. А вот есть люди, которые без экстренной пересадки погибнут. В зависимости от их состояния им делаются срочные операции.

— В чем главные трудности развития органного донорства в России?
— Трудности везде одинаковы. Врачам всего мира трудно преодолеть свой страх перед констатацией смерти мозга у потенциального донора.

— Неужели так сложно поставить диагноз?
— На самом деле нет. Есть четкие критерии: научным доказательствам, что смерть мозга наступила, уже 60 лет! Скорее всего, проблема психологическая. Тормозит развитие трансплантологии в России и низкая информированность населения, отсутствие одобрения в обществе действий медиков по изъятию здоровых органов (один донор может помочь нескольким больным) и спасению жизней других пациентов. У нас существует недоверие врачам. Полагают, что врачи способны убить ради органов. Благодаря криминальным сериалам многие серьезно думают, что органы можно изъять чуть ли не в гараже или в ресторане и продать. На самом деле процесс этот далеко непростой. В кустарных условиях это невозможно сделать. В России допускают только два вида донорства – трупное и родственное.

— Что нужно, чтобы все трудности преодолеть?
— Что касается врачей, то ситуацию можно исправить обучением, возможностью постоянно повышать квалификацию. А вот населению надо привить три важных истины. Первая: процедура организации операции по трансплантации может быть только законной, иначе она просто не может состояться. Вторая: условий для развития нелегальной трансплантологии не существует. Человек после такой операции должен быть под постоянным наблюдением врачей, принимать дорогостоящие лекарства, чтобы не было отторжения. Последних в открытой продаже не имеется, их выдают по перечню бесплатных лекарственных средств. И если незаконно трансплантированный обратится в медицинское учреждение, то это сразу вызовет вопросы.

Третья и последняя истина: становиться донором или соглашаться с тем, чтобы были изъяты органы у погибшего родственника – это настоящий героизм, спасение чьей-то жизни.

— Вы забыли еще четвертую истину. Органное донорство еще существенно экономит государственный бюджет…
— Так и есть. Содержание на диализе больного обходится государству очень дорого. Пересадка позволило бы сэкономить бюджету только в первый год после операции половину этих средств. А потом и вовсе трансплантированный пациент становится в пять раз дешевле диализного. Тут еще следует сказать о качестве жизни. Люди с пересаженными органами которые прижились, чувствуют себя практически здоровыми при соблюдении необходимых условий, режима приема лекарств, живут 10-20 и больше лет. Кстати выходят на работу, платят налоги, приносят доход государству.

— Что касается просвещения. Вы, конечно, не знаете, но у нас в Якутске активно действует общественное объединение «Надежда на будущее». У организации есть свой сайт (proekt-hope.ru), где можно найти информацию. А недавно стартовали совместные проекты для анонсирования благотворительного фестиваля «Надежда на будущее». Цель фестиваля – профилактика заболеваний внутренних органов среди детей. В его рамках есть мероприятия, которые способствуют развитию органного донорства в республике. В частности, в октябре-ноябре планируется проведение «Школы для пациентов» с участием трансплантологов. Активисты хотят пригласить и специалистов вашего центра…
— Очень рад это слышать. Попрошу адрес сайта и информациюо планируемом мероприятии. Обязательно доложу руководству, думаю, оно пойдет навстречу…

— Кстати, этим же объединением был сделан опрос на тему одобрения/неодобрения донорства среди населения. Большинство высказались за донорство и родственное, и трупное… Как вы думаете, а врачи у нас в Якутии готовы к органному донорству? Есть ли, как принято выражаться политическая воля у минздрава?
— Я ознакомился с материально-техническим оснащением центра экстренной медицины, пообщался с вашими специалистами, думаю, что уже можно осуществлять органное донорство и политическая воля руководителей, как вы говорите, тоже есть…

— Наверное, это невозможно, чтобы могли приехать специалисты вашего центра и осуществить первую такую пересадку у нас в республике. Ведь нужно прибыть в течении несколько часов, а у нас такие расстояния…
— Почему нет? У нас есть такая практика обучения. Выезжали на операции в Ростов-на-Дону, Уфу, Казань, Воронеж… Если у вас правильно сохранят донора (а это поддержка сердцебиения в течение суток), то мы приедем…

— Тогда мы вас ждем!

 

Автор: Саргылана Кычкина